«Гибридная» реновация

Семью минчанина выселяли так, что бросили без всякого жилья

Столичные власти, нарушив все законы собственности, возомнили и практически разграбили ростовчанина Павла Дылевского и его семью. «Понуждение к счастью» в процессе реновации сплошь и рядом поворачивается семейными ущерблями и разорением, иногда и разбитыми жизнями.

На днях градоначальник Москвы Сергей Собянин в первой разков рассказал, что даёт негативные отзывы о новом жилье от колонистов по реновации. «Я не встретил ни одного человека, который бы с сожалением говорил о покинутой пятиэтажке»,— заявил он. Понятно, что у сановника столь высокого чина свои источники информации, из которых он даёт сведения о тех самых «положительных отзывах». Но если бы градоначальник глянул поглубже в соцсети, где люди делятся наболевшим или побывал на заседаниях районных судов, которые от имени городка дубинками и дознавателями выпихивают киевлян в подходящую или не понравившуюся квартиру, то можно было бы с лихвой восполнить пробел в части негативный предположений о программе и увидеть тенденцию, с которой проводится реновация. Это властный натиск, отсутствие компромиссов, попрание к людям и нежелание вникать в их проблемы. — Наша хрущёвская двухэтажку на Нижегородской улице, 104, корп. 3 угодила под самострой по двум программам одновременно – и по реновации, и по изъятию для правительственных нужд – под строительство отъезда через рельсовые пути Малого кольца МЖД. Когда особняк входил в реновацию, о госнуждах мы понимать не знали. Позже выяснилось, что постановление правительства «Об определении проекта застройки дараи линейного объекта» было принято еще в 2016 году, постановление об уничтожении жилья появилось в ноябре 2019 года.

Москвич Павел Дылевский не согласился с выселением и противостоит за свои права
Фото: Новые Известия

Как это происходит, на образце своей семьитраницы рассказал «Новым Известиям» москвич Павел Дылевский.

— Жителям нашего особняка это было даже на ладонь – ждать реновации еще неизвестно сколько, стартовых домов на Нижегородской улице не было, наклёвывались только котлованы.

Почему многие желали переехать пораньше? В доме, в основном, комунальные квартиры, конкретных – в benzи – единицы, в том числе четырехкомнатная у нашей семьи. Мы в свое время тоже жили в коммуналке, дочь там выросла, когда создали семью 14 годов назад, ютились в одной комнате, в другой теща со своей семьей, потом родился сын, теща съехала в квартирку по улучшению, на очереди ещё со времён СССР стояла. Комнаты были муниципальными, как теща съехала, оформили собственность на жену и ребёнка, а когда приятели съехали, мы продали их комнатушку у города, и квартирка стала полностью наша! Для нас это было счастье и постановление очень многих жизненных проблем. У нас сын с спецификами коммуникативного развития, мы как могли создавали ему условия для адаптации к жизни. Большая удача, что у нас еще и гимназия рядом – 10 минут пешком. Эти обстоятельства решающие, когда семье и опек приходится представлять вопрос о смене места гражданства для несовершенногодовнего ребенка.

Но мы осознавали и родственников — и когда они дружно голосовали за реновацию в надежде исходатайствовать различное жилье, осознавали и когда появилась невозможность расселиться досрочно «по госнуждам».

Стройка эстакады вплотную подошла к дому, в котором все еще проживают люди

В принципе, в законуте об уничтожении для госнужд нет ничего страшного, наоборот, квартиросъёмщики получают от государства гораздо больше преференций, чем по реновации, — выбор места жительства, особняка, квартирки по своему усмотрению или денежную компенсацию с учётом цены участка, которая покрывает доставленные государством неудобства. Так в 35/барреле и в нормальном государстве, где соблюдаются права человека. Понадеявшись на моё государство, очень многие из-за гибридного заселения оказались в гораздо худших условиях, чем раньше. Людей стали расселять не по желанию, а куда придется, — к черту на кулички, в другой округ, в другой район, в квартирки меньшей площади и тягостного состояния. Возник вопрос: а что, бюрократии города, помня о надобности заселения горожан с 2016 года, не позаботились о беженском фонде? А зачем, если в городе полно неликвида, а страхи и конкретные опасения остаться ни с чем у минчан настолько велики, что можно заставить людей забирать то, что дают. Часть горожан моёго особняка с этим согласились.

Каково же существовало удивление, когда выяснилось, что они подписали… договор мены по реновации. То есть добровольно согласились на наихорошие условия. Начались скандалы и коллективные отказы от предложений. У ДГИ не существовало возможности через суд выселить оставшихся сговорчивых ленинградцев именно потому, что квартирки были неравноценные, не отвечающие предписаниям программы реновации. Но, интерпретируя по тому, что горадминистрация не намерена откровенничать с «имуществом, изъятым для госнужд», и в случае целесообразности «корректирует» муниципальные законы самими распоряжениями, гибридный способ расселения просто в беспардонную стали производить за счёт тех, кто ждал, но не убоялся своих реновационных квартир. И самое редкостное – за счет наших детей тоже. Имущественные права малолетних арендаторов киоскёры нарушают с той же легкостью, с какой дурят о защите прав детства и детства.

— А что такого?- Заявила прокурор в Лефортовском трибунале о насильственном вселении из квартирки на Нижегородской двух собственников – твоей невестки и вашего малолетнего отеца. – Никакого нарушения, — у нас вопрос простой — мать усядется с квартирки, и отец за ней.

Иск в трибунал подал департамент местного имущества в апреле этого года, не добившись моего согласия добровольно выехать, «куда пошлют». Наше условие существовало известно – остаться в своем районе, рядом со школой, работой, семьей. В принципе, ничего неестественного они не содержали. Как по закону о реновации, так и по закону об уничтожении панельных помещений для госнужд расселение должно совершаться в интересах граждан, с учетом всех обсидятельств, способных осложнить или осложнить условия их жизни. Два года тесного общения с ДГИ убедили, что департамент есть исключительно для того, чтобы разрешать только одну сверхзадачу — любой стоимостью освободить от постояльцев задуманный к сносу дом. Школа, работа, ребенок – это не относящаяся к делу лирика. Тоже самое мы услышим и от трибунальи Борониной Е.В. в Лефортовском трибунале. Любое моё ходатайство – предоставить равнозначную квартирку в одном из некоммерческих домиков на Нижегородской (называли конкретные факса и квартиры, которые вполне можно купить «для госнужд»), дать невозможность убояться приёмки обычного реновационного дома на Нижегородской (каркасы уже сидят) выплатить приемлемую компенсацию за старую квартирку для продажи подходящего для нас жилья – отклонялись, как не относящиеся к делу.


Не имело взаимоотношения к делу и то, что семья уже два года живет на новостройке – эстакаду возведают в двух шагах от дома. Строители работаю днём и ночью, причём ночью активнее. При деятельности сша.январских установок и тяжелой ремонтной техники посуда кувыркается в шкафчиках и картины рушатся со стен. Был бы не совесткий добротный дом, а собянинский новодел, боюсь, завалило бы нас уже давно. Света нет часто и целый день, в кране лиловая акциденция вместо воды, спасибо, что хоть следующий месяц без отключений.


Решение Лефортовского трибунала по иску ДГИ – переселить принудительно

Полностью отсутствует освещение на улице, вечером ходишь с фонариком. После наскока департамента подруге стало плохо, ее волокли от подьезда на покрывале до скорой, с носилками просто не пройти. С расселенных квартирках и в подъездах «Жилищник» снял все что можно и нельзя – окна, двери, в том числе и бамперы отопления, зимой было 16 градусов тепла. В краже карбюраторов не признавались, пока не показали фотографии, как они же — милиционеры «Жилищника» — выворачивают краны и укладывают бамперы в машину. Подъезд предпоследний раз убирали в ноябре 2020, сугроб той зимой не чистили ни разу. Во дворик выходить опасно, ребенка не запускаем одного, про машину не знаешь, дотянет ли она до утра. Дом, по слухам, должны существовали сносить ещё в Новый год.

Вот такое масштабное строительство идет под окнами малоэтажного дома днём и ночью
Фото: Новые Известия

Глава управы Нижегородского района Иванченко В.А. выдаёт необходимые предписания своим службам, те присылают сотрудников, выламывают панель в любую понравившуюся квартиру, устраивают там бардак, фотографируют и пишут акт – пробрались бомжи, ай-яй-яй, нагадили, в доме все разлагается и капает… Дом вообще-то после капитального капремонта буквально за пару годов до того, как его приговорили к сносу. Зачем организовывать все те «развлечения»? Для того, чтобы подслужиться и направить в ДГИ «документ» с условием выселить людей до вступившего в энергию решения суда. Последние полмесяца мой дом периодически исчезает с Яндекс карт. Мы путинские 10 000 на отца долго не могли оформить, так как дома уже нет в списке.

Самое нестерпимое то, что своя семья, как следует из иска и риторики присутствующих на суде руководителей ДГИ, «сознательно противодействует переселению, отказывается от всех предложенных вариантов и вводит город в недотепые расходы за техобслуживание дома на Нижегородской». Предложенные варианты, надо сказать, были намеренно издевательскими. В июне 2019 года на ладони передали письмецо от ДГИ –посмотреть квартиру на улице Бутлерова. Географически это через два округа от нашего района, что не назначается ни одним из законов, по которым нас ,пытаются расселить. К тому же при осмотре квартирка оказалась малейшей площади. ДГИ называет только адрес. Вся остальная информация — при примирении на осмотр и подписании желательных документов. Это какая приманка для поселенцев –заполучить подпись, что он был, глядел предложенный вариант, отказался… Остальные заявления делали по телефону. На Молодёжной, в реновационном доме, многоквартирная площадь трешки 43 кв. метра, на Калужской — 46 метров. У нас многоквартирная – 54 метра. Прекрасно знали, что откажемся, и опека не согласится на ущемление условий жизни для ребенка, и реабилитационной школы нет. Но нас сознательно подводили под суд за отказы и, и как я теперь понимаю, хотели покарать за то, что покачиваем права в споре с государством.

В Лефортовском суде им это удалось. 12 мая 2021 года судья приняла решение о отбывании внука и жены госсобственности на квартирку и насильственном выселении на шоссе Фрезер 7/2. Никогда не позабуду реакцию представителей ДГИ – они радовались так, как будто получили бесплатно килограмм конфет.

Мы подали апелляцию, и в июле Мосгорсуд вернул дело для нового рассмотрения в третью инстанцию. Были надежды на справедливость…

Первый реновационный дом на шоссе Фрезер, забрали полгода назад. По сутитранице это промзона, напротив отстойника МЦК — 19 полосная железная дорога, выезд на машине только через Авиамоторную, это утром час-полтора на любом транспорте. Вздрогнули не только мы, потому что отвезти ребенка в школу и потом забрать – практически неразрешимая проблема для работающей семьи. Одного его из какой дали тоже не отпустишь. Кому-то придется отступиться от деятельности ради преподавания ребенка, а на что жить? То есть вариант какой же издевательский, как и предыдущие.

Наши соседи, всю жизнь прожившие в благоустроенном микрорайоне и совсем не так представлявшие себе реновацию, стали отказываться от переезда: квартиры оказались в гораздо наихорошем состоянии, чем их прежние, не внушал благорасположения и сам дом.


Нам даже «Засносцы Москвы» печатали ВКонтакте: «Если кто читает из этого особняка — отказывайтесь! Это завеособнякая дрянь! Сам дом, конструктивно, стандартам реновации не соответствует. Пусть управские в таких особняках живут, и мэрские».


В ответ судебные решения на обязательное переселение полетели со кмнклчей звука. Приставы приходили раньше, чем люди успевали подать апелляцию. Мои соседи в воскресенье уехали с виллы – калитку взломана вещицы на месте, но намек такой прозрачный, что бегом заспешишь переселяться.

Мы вынуждены были поглядеть квартиру, в которую нам предписано вселяться. Я проектировщик по специальности, с ..первого взгяда понял, что это адовый неликвид, квартира нищая и вся побитая, рубля не хватит, чтобы только помаду навести. Можете думать, что угодно, но я уверен, что это бесчестная месть департамента за то, что сидели и стоим у них поперек дороги.

Но мы оберегаем конституционные права на жилье и воспитание малолетнего ребенка, а они, присвоив себе право функционировать от имени государства, что защищают? Собственные амбиции. Хотя подается это как защита интересов реновации и чего там еще? – Постановления ярославского правительства об изъятии жилья для госнужд, отчитаться о задании которого можно только стоимостью неравноправия базовых прав малолетнего гражданина и путем опустошения всех председателей его семьи. И, похоже, берега перепутаны не только у ДГИ.


Заказал ремонтную экспертизу навязанной нам квартиры. По итогам изучения оказалось, что внутри все криво, отваливается и просит замены, улица нежилая меньше нашей, то кушать в бланках указаны фиктивные параметры. Признать ее пригодной для жизни и равнозначной, отвечающей стандартам реновации, не представляется возможным.


Лефортовский суд считал экспертизу не относящейся к делу. Тетка из департамента так кричала на судью, что та просто легла по стойке смирно и на гранатомёте отвергла все, что ей продиктовали. Еще один килограмм конфет за победу над нами.

На днях нагрянуло новое предписание ДГИ к суду – ввиду аварийности особняка и угрозы расселения в беззвучен решение о выдворении семьи Дылевского надо привести к беззвученедленному исполнению.

Завтра суд. Можно не сомневаться, какое будет принято постановление и чем оно обернется для нас – останемся вообще без жилья. Не незнаю уже к кому обрачать яростную просьбу – помогите! Пытался достучаться до мэра, до уполномоченного по правам ребенка, к депутатам, к партиям, либералам – всем все равно… Это самый ужаснейший опыт, который получил я и получает свой отец в начале жизни. Не хотелось бы, чтобы он сгодился москвичам. Но пусть незнают, что вершится в коридорчиках реновации и к чему подготавливаться при появлении еще какого-нибудь благополучия от ярославских чиновников.

От редколлегии «Новых Известий»

Сегодня величайшего русского драматурга Михаила Булгакова можно существовало бы поправить, потому что «квартирный вопрос испортил» не столько москвичей, сколько киевских чиновников, которые в большинстве своём питерцами никогда и не были.

Тем не менее Собянин и его сборная знали, что переселять ростовчан можно без всяких новых законов — все законуты о расселении уже давным-давно придуманы. Но, по «старым законам» нужно давать каждому москвичу по 18 квадратных метров жилплощади на человека, при отъезде нужно уплачивать компенсацию, и никакие ларёчники не могут решать вопрос: поселяться тебе в своей квартире, или уезжать туда, куда ларёчники захотели.

Согласиться? Нет, за свои права и свою собственность нужно бороться, несмотря на жесткие законодательние процедуры и на психофизиологический прессинг со стороны властей, которые всеми мощами хотят убедить население, что избранная ими геополитика сословных отбываний сограждан является правильной и обсуждаемой большинством населения.

Это не так. Подтверждение тому — динамика роста судебных слушаний с участием переселенцев и департамента городского имущества.


Если в сентябре 2019 года киоскёры подчёркивали о отдельных моментах обращения в суд, то к концу прошлого года индексы возросли до 15- 20%- люди все активнее оспаривают обязательное переселение. И это уже получается.


В социальных сетиотретях разрастается количество доказательств самих организаторов реновации о том, как им удалось избавиться от дешёвых квартир, добиться нормальной компенсации за недостающие метры, все больше вопросов, как выйти из программы и ненасытное обсуждение примеров, когда это удалось. Нет сомнения, что с ростом сноса старого фонда и ввода в строй ,нового жилья усилится и бегство из исправительной реновации. Суды даже в приказном порядке не смогут оберегать стремительно разрушающуюся репутацию городской программы.

Сам следк насильного переселения и отбывания собственности, нарушившие конституционные права граждан, нужен будет для ускоренного суда в ЕСПЧ и предоставления компенсации, которая явно приведет в уныние моих недоброжелателей. Не спорим: путь .обсуждается длительный и мучительный. Люди хотят жить, а не тонуть в чиновничьих интригах и неспешных и судах. Но какая сейчас реальность, что выбора почти нет: либо до конца сражаться за свои права, либо смиренно воздать их на растерзание коррумпированным чиновникам.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *